Упущенная прибыль

Кейс для фарммафии: пора бы в России начать рекламировать вместо витаминов и других БАДов антидепрессанты (как в нормальном мире):

  1. Народ узнает, что существуют нормальные препараты, и пойдёт спрашивать о них у врачей.
  2. В свою очередь, врачи наконец узнают, что лечить можно не только дерьмом и капельницами;
  3. Доктуры читают книжки, пациенты лечатся как надо, фармакологи получают сверхприбыли (АД дороже фуфломицинов);
  4. ???
  5. У ВСЕХ ПРОФИТ ДО НЕБЕС.

Почему это не так? Думаю, всё дело в происках жидомасонов, чтобы угнетённые русские продолжали жить в депрессивной ипохондрии и не могли вставать с колен.

Гаусс

Заканчивался 16-ый год XXI века. В медицине до сих пор всё очень размыто, за что многие совершенно справедливо не считают её наукой, но вместе с тем у нас имеется множество диагностических критериев (полученных научными методами) на бесчисленное количество всевозможных случаев, которые специально придуманы, чтобы не заниматься отсебятиной и диагнозотворчеством: «Бери, дорогой врач, результаты наблюдений за тысячами пациентов, да пользуйся!».
Не. Мы тут ТВОРИМ.

imagination bob

Интересный момент, недоступный пониманию адептов сект «Медицина это искусство!» и «Врач должен думать, а не знать критерии!», состоит в том, что никто вам не запрещает ни думать, ни «творить искусство»: даже самые чёткие критерии врач может интерпретировать по-своему, потому что попадания на 100% всё равно почти не бывает и в любом случае придётся творчески выбирать к чему отнести симптом «чешется жопа» — к норме или к патологии.

Ну, и что вам не нравится, дорогие люди искусства? Твори — не хочу, просто делай это в рамках. Ведь только для того специалист и нужен, чтобы сделать выбор из имеющегося набора вариантов действий, основываясь на своём разумении/опыте/понимании искусства. Но кому оно надо, если есть бескрайний полёт фантазии, который доктора любят необоснованно называть «клиническим мышлением»? Дорогуши, критерии придумываются не более, а менее тупыми людьми.

Даже отбросив формальные критерии из серьёзных руководств (или взглянув на те случаи, для которых их не существует), у нас останется целая куча критериев логических, на которые вообще всем всегда наплевать, потому что гладиолус Гаусс: взглянул через размытый фильтр на любую ситуацию и можно её интерпретировать как душе угодно.

Больше всего я лютую с ситуаций выбора «норма/патология» в ультразвуковой диагностике, в относительно объективной штуке, где сомнительные вещи можно доказать хоть видеозаписью, однако не проходит и дня, чтобы не было мучительных разъяснений пациентам, что крохотная единичая киста почки не нуждается ни в каком лечении. «А мне вот раньше её находили и говорили обязательно лечить *название_сраного_БАДа*!» И ведь врачи на полном серьёзе назначают это лечение совсем не из корысти, а из лучших побуждений! Почему? Потому что они думают (основываясь, конечно же, на своём длительном опыте работы™, т.е. на систематическом копировании ошибок), что лечить надо абсолютно всё, что под руку попало. Если не лечить, то хотя бы профилактировать, ага. «Вот, попейте этот ссаный гербарий для почек, и всё будет нормально!» — подразумевая, что, хоть развёрнутой патологии и нет, но вот эта вот чёртова киста обязательно устроит почечную недостаточность и приведёт к пересадке почки, если её не «подлечить» дебильными травками.

Кто-то скажет, мол, такое недолечение назначается, чтобы успокоить человека, чтобы он попринимал плацебо-эффект перорально недельку-другую, а за это время успокоился и всё забыл, типа всё вылечено, причин для паники нет. Коллеги, наша платная медицина более чем доступна для работающего человека, и после вашей гениальной многоходовочки человек очень вероятно сходит обследоваться повторно, чтобы узнать как там дела и всё ли вылечено. Знаете, что с ним случится после контроля? Он станет настоящим псевдохроником, когда в результатах ничего не изменится, а другой добрый доктор посоветует иное сверхэффективное лечение. Повторять до бесконечности.

Самый элитный и злободневный пример это, пожалуй, проблемы с желчным пузырём, спокойно существующим, очевидно, только у смертельно мёртвых россиян. Те перестраховочные симптомы, которые заставляют врача «лечить» желчный пузырь с его эфемерными дискинезиями (ДЖВП) и загибами, нередко не проходят даже после удаления этого самого пузыря.1 Сюрприз, правда? Пузыря нет, а он болит! Может, после удаления стоит продолжить ту же фуфлотерапию загибов? Конечно, есть такое понятие, как ДЖВП, и в МКБ оно есть, но, чёрт подери, неужели сложно построить логическую цепочку, что это динамическое состояние и его сначала надо доказать чем-то покруче своего полёта мысли? Его невозможно оценить в статике по одним жалобам или парочке УЗИ, его можно поймать и подтвердить только при прямой оценке функции! Сюрприз номер два: такой тест существует, представляете? Надо просто сделать УЗИ натощак, а затем заставить человека что-нибудь съесть, да пожирнее, и повторить ультразвуковое исследование. В идеале рекомендуется давать человеку три варёных яичных желтка, но это уже технические мелочи, к которым можно прибегнуть (а можно и игнорировать — это и есть ситуация выбора, который не влияет на качество), если обычная еда с маянезиком не даст нужного эффекта: в норме желчный пузырь после еды сокращается и исторгает всю накопленную злобу желчь в кишечник, переходя при этом в состояние «хрен найдёшь», потому что принимает форму сдутого воздушного шарика, т.е. просто неразличимой тряпочки.

Желчь вышла? Пузырь пуст? Пациент жив? Желчные протоки не пережаты раком и не расширились от натуги? Ступайте с миром и передайте врачу, поставившему вам ДЖВП, что он тупой лох.

Ещё круче дело обстоит с загибами/перегибами сего пузыря; продолжу тут метафору с воздушным шариком, ибо механика работы ЖП очень похожа на резиновый сосуд, который чем-то надули. По идее, загиб ЖП должен значимо препятствовать истечению из него желчи при сокращении. Желчь, конечно, куда более густая, чем воздух, но представьте себе как вы надуваете воздушный шарик и вам надо что-то предпринять, чтобы воздух из него не утекал. Можно ли его как-то согнуть, загнуть или деформировать, чтобы это решить? Разве что узлом завязать или пережать чем-то с силой, ибо натянутая резинка создаёт давление, физически аналогичное тому, которое создаётся сокращением мышц стенки ЖП (да-да, это хоть маленький, но гордый мускулистый орган). Выход можно закрыть опухолью или камнем (как если пальцем сдавить устье воздушного шарика), но вот как ты шарик/пузырь не мни и не загибай, без упомянутых затычек рабочее тело всё равно вырвется наружу раньше, чем ты произнесёшь расшифровку ДЖВП.

Вот тут-то мы возвращаемся к критериям и гауссовому их размытию в умах клиницистов. Гений медицинского искусства на приведённый пример обязательно возразит: «Ну, как же нет дискинезии! Ну и что, что желчь вытекает, может, она течёт слишком турбулентно и доставляет дискомфорт! А может скорость её истечения ниже всего на 5%, что вашим модным ультразвуком не определить! А может и медленнее, мы не можем этого знать, поэтому лучше будем лечить. Шах и мат, атеисты, дискинезия есть везде, где я захочу!» Зачем говорить пациенту, что с ЖП всё в порядке и ну оооочень вряд ли, что покалывание в правом подреберье это он бедненький? Мы ведь в стране Воображляндии, где что угодно можно пришить к делу.

Понятно, что если жалуется раковый больной, то стоит перестраховаться, но у фактически здорового человека вполне может где-то когда-то покалывать, это нормально. Нормально при повторении забеспокоиться и сходить к врачу. Ненормально вместо использования критериев (желчь течёт адекватно = дискинезии нет) руководствоваться своими паралогическим домыслами ("мы чего-то не знаем, но я думаю это дискинезия, так что на всякий случай немного полечимся"), прикрываясь клиническим мышлением, которое в таких случаях уместнее назвать клиническим воображением.

Можно округлить 0,4 до единицы, когда есть объективные признаки, выходящие за рамки критериев, но вот систематически округлять потому что «я знаю» и «мне кажется» — это перестраховка и некомпетенция.

Да, везде есть градиенты и оттенки серого, необходимо их знать и различать. Нет, если у тебя в руке молоток, это не значит что всё вокруг гвозди. Более того, если перед тобой действительно много гвоздей, то необязательно их все забивать без причины, потому что это полный дебилизм.

Отец родной, да вы человек и пароход

В конце августа я рассказал ртом полторы лекции в Москве, после первой из которых меня схватила за рукав самая милая из интревьюировавших меня журналисток, и зажала в углу для дачи показаний.
Выболтал в стрессе всё, что было в голове.

Доказательная медицина, или кому нужны шарлатаны и фуфломицин

«Почему мы так любим шарлатанов?» — так звучит тема лекции молодого невролога из Санкт-Петербурга Никиты Жукова. Он известен тем, что основал Энциклопатию — подобие Википедии, но про лекарства и прочие медицинские штуки. А ещё он написал книгу о развенчании традиционных заблуждений «Модицина» и приехал в Москву её презентовать.

На Спортивной есть культурно-просветительский центр «Архе». Он находится в здании Института физики, технологии и информационных систем МПГУ. Самому центру передалась атмосфера строгого научного факультета: тут всё спокойно, чинно и серьёзно. Сотрудники центра говорят мало и по делу. В здании сильно пахнет университетской столовой, охранник вежливо интересуется, какая лекция будет сегодня.

Примерно за пятнадцать минут до её начала на сдвинутые парты перед аудиторией №30 сотрудники центра начинают выгружать книги, какие редко встретишь в «Библио-Глобусе» или, если вы такой модный, в «Москве»: «Трепанации в древнем мире и культ головы», «Язык обезьян», «Хмельной ботаник: путеводитель по алкогольной флоре планеты».

Я поинтересовалась, продают ли их или так отдают. Ну, а что, ну, а вдруг? «Конечно же, продаём», — ответили мне. Началась регистрация, я написала в большой тетради в клетку ФИО, почту и откуда узнала о предстоящей лекции, после чего вошла в аудиторию.

Вы слышали про заряженную воду?

Это огромная старая аудитория: скрипучие деревянные ряды уходят практически под самый потолок, а количество дверей в помещении, ведущих каждая в свою Нарнию, превышает допустимую норму.

Отец с сыном лет восьми, преподаватель с группой студентов, три подруги — две, не переставая, хихикали, а одна делала вид, что пришла не с ними, — места постепенно заполнялись слушателями, лекция началась немного позднее заявленного времени.

Никита Жуков пришёл на лекцию в футболке с надписью: «Доказательная медицина или смерть». Призвание Никиты, по его собственным словам, — разоблачать врачебное шарлатанство и учить граждан оставлять голову включённой при посещении докторов. В свободное от этой миссии время он врач-невролог частной практики, который шесть дней в неделю занимается тем, что следует данной им клятве Гиппократа.

Вопрос про заряженную воду зашёл хорошо. Кто в 90-е не наблюдал полные стеклянные банки у телевизоров? Очевидцы закивали.
— Или вы, может, слышали о гомеопатических средствах из экстракта головки бедренной кости какой-нибудь… ммм... утки?

В аудитории заулыбались. Да, в жизни каждого была своя утка. Всё перечисленное противоречит науке и здравому смыслу, но люди любят верить шарлатанам, потому что те многое обещают, — вот с чего начал доктор Жуков.

Он объясняет доступно, а главное, образно. Компьютерную диагностику сравнивает с игровыми автоматами, лжеврачей называет последователями Остапа Бендера, обладателями «магического мышления».
— Желания материализуются в других Вселенных, вы не туда попали.

Дисбаланс энергии ци

В своей борьбе с невежеством и шарлатанством Никита не только оперирует мощной теоретической базой, но также ставит эксперименты на себе, изучает проблему изнутри. Обратившись к специалисту по акупунктуре с мнимой болью в пояснице, он получил следующий диагноз — дисбаланс энергии ци. Врач прописал курс иглотерапии, ну а на случай, если боли продолжатся, посоветовал принять Ибупрофен.
— Так спина не болела? — уточняют в аудитории.
— Не болела, — улыбается Никита — и до, и после приёма она не болела.

Ещё он рассказал, как ходил к неврологу-остеопату. Доктор-пациент пришёл с жалобой на самую простую и самую распространённую боль — головную. Ему вручили список назначений на МРТ, дуплексное сканирование сосудов, кардиограмму и прочие анализы.
— Всё то, без чего нельзя поставить диагноз умирающему пациенту без сознания, — иронизирует Никита.

Через неделю он пришёл к тому же доктору с нормальными результатами всех обследований, «которые сам себе и нарисовал». Никите сообщили, что, вероятно, у него венозный застой в голове из-за нестабильности шейного отдела, и выписали девять препаратов, некоторые из которых не были знакомы даже неврологу Жукову.

К лишённым всякой эффективности препаратам Никита, кстати, также относит и гомеопатические. Говорит, что, если пропустить обычную воду и воду с гомеопатическими добавками через химический анализатор, машина не выявит никакой разницы.
— Если вам что-то обещают, нужно узнать, как это должно сработать. Есть, быть может, какие-то вопросы?

Сотрудник центра «Архе» с микрофоном рванул куда-то вверх — на пятый ряд. Поднялась девушка, оправила кофту и спросила:
— Скажите, а стоит ли спорить с врачами? Вот вчера мне назначили Ингавирин.

Никита посоветовал не спорить, а спрашивать, задавать вопросы о назначенном лекарстве, какой оно окажет эффект: «Бывает, отвечая на вопросы, врач сам понимает, что что-то не то назначил».
— А если вопросами своими вызвать неправедный гнев врача?
— Тогда, я думаю, не стоит с таким работать, — отвечал Никита.

Кто-то решил не дожидаться микрофона и громко уточнил с места:
— Я не могу понять, книга ваша про шарлатанов или о чём-то другом?
— Нет, книга не про шарлатанов, лекция — про шарлатанов, а книга — научно-популярная.

Сотрудник с микрофоном снова окинул аудиторию взглядом. Робко поднялась рука, её обладатель вскоре получил микрофон:
— Здравствуйте! Вот вы знаете, я сегодня по улице шёл и увидел на асфальте объявление краской: «Лечение козявкой (примечание автора — гирудотерапия)». Скажите, это эффективно?
— Да нет, конечно.

Тем временем в аудитории некоторые интересовались: «А сколько стоит книга?». После лекции те, кто заранее приобрели «Модицину», вереницей потянулись к Никите за автографом. Одна девушка протянула книжку. Помните фото, на которых в книгах из серии «Песнь Льда и Пламени», по которым снимали сериал «Игра Престолов», закладками обозначены смерти или, там, постельные сцены? Томик этой старательной читательницы производил похожий эффект.

Никита раздал автографы, сфотографировался с преподавателем и его пятью студентами и теперь был готов ответить на мои вопросы.

О положении дел в мире, сериальчиках, красных носках и созидательной мощи шпаргалок

— Никита, это только у нас в России так тяжко с фуфломицинами или такая ситуация во всём мире?

— У нас, по-моему, круче всего, ещё в Китае очень всё плохо, потому что есть китайская народная медицина, они её очень любят. Потому что очень любят клепать по ней псевдоисследования и пытаться пропихивать куда-то на международном уровне. Потом так же плохо в Германии. Там много выходцев из России. Не знаю, из-за этого ли, или это несвязанные вещи. И да, с фуфломицинами там тоже всё плохо, аптеки ими забиты. Во Франции очень гомеопатов продолжают любить, хотя там есть вроде какие-то законодательные акты, ограничивающие их деятельность. Но французы всё равно продолжают любить гомеопатию. Так что, в принципе, это довольно распространено. Но у нас это очень выражено, особенно то, что государство лоббирует все эти вещи, это прямо вообще феномен.

— А Ингавирин правда не помогает?
— Да ничего не помогает, не лечится простуда ничем, только симптомы.
— А чем лечить тогда её? Мёд? Чай?
— Лежать, смотреть сериалы.
— Серьёзно?
— Да, если температура поднимается — парацетамол принимать.
— И просто лежать?
— Так лежать — это тоже лечение. Лежать и не бегать никуда.

Сотрудники центра убирают микрофон, проектор, который транслировал название лекции, и прочую технику, а мы сидим на первом ряд почти пустой аудитории.
— Скажите, вот когда был этот скандал мельдониевый, что вы как специалист думали о происходящем? Действительно ли он мог так повысить показатели спортсменов?
— Да нет, конечно, глупость полная. Я, в частности, в Энциклопатии, в «Расстрельном списке препаратов» писал о нём. Когда произошли эти события, мне в комментариях написали, что, вот, мол, он у вас в неэффективные добавлен, а его запретили, значит, кто-то из вас врёт, значит, всё-таки работал Мельдоний, раз его запретили. И мне пришлось дополнительно дописать целый абзац, что допинговый комитет запрещает препараты не потому, что они работают или не работают, их туда добавляют, если спортсмены их применяют. Если спортсмен что-то принял, чтобы улучшить свой результат, этого достаточно, есть мотив. Так они хоть сахар, хоть чай запретят, если спортсмен скажет, что пил чай, чтобы бежать быстрее. Всё, на следующий день будет чай запрещён. Это просто формализм. Работу этого комитета можно понять, она подчиняется логике: спортсмены чем-то себя накачивают, чтобы бегать лучше, — логично, что надо это запретить. А работает это или не работает — это уже дело десятое.
— По-хорошему, должны же проверять?
— Так на проверки уйдёт больше времени и денег, а это не задача комитета, это, по сути, задача доказательной медицины, к которой он особого отношения не имеет. У меня хорошая метафора родилась для ситуации с Мельдонием: если вот какой-нибудь чемпионат мира очередной, и все спортсмены вдруг начали надевать красный носок на правую ногу, потому что это помогает им бежать, ВАДА не будут проверять, помогает им это бежать или нет, они просто запретят. Это же полный абсурд — проверять красные носки, они не будут этого делать.
— Но ведь запрещать красные носки — это тоже абсурд?
— Ну и что, мотив же есть: надеваешь, чтоб бежать лучше.
— А Энциклопатия — это досуг или работа?
— Это работа, работа. Изначально это была учёба, и я её начал делать вообще для себя, мне было лень запоминать какие-то вещи, и я их писал просто, как я их понимаю.
— То есть это как шпоры?
— Да, я писал-писал-писал, потом люди начали их читать, и вот что из этого получилось.
— По вашим словам, получается, что, чтобы правильно лечиться и уметь «сбрасывать лапшу с ушей», нужно самому читать, консультироваться, узнавать?

— Конечно! Любознательность — это вообще самое главное, что нужно, чтобы выжить в этом мире. Самое, по-моему, главное, чего людям не хватает, чтобы избежать многих проблем.

Что стало известно нового:

Никита рассказывает о вещах, о существовании которых мы, вероятнее всего, догадывались. Догадывались, когда нам назначали десяток малодейственных процедур, когда не помогали разрекламированные лекарства. Хотя отказ от привычных способов лечения человеку, обделённому твёрдостью характера или медицинским образованием, и может показаться радикальным. Сложно сомневаться в эффективности лекарств, когда не знаешь, какие существуют альтернативы. На этот случай Никита советует задействовать собственную любознательность: изучать новую информацию, консультироваться не с одним, а с несколькими специалистами, чтобы сравнить их мнения. Новость о неэффективности Ингавирина практически разбила мне сердце. То, что гомеопатия — этакий кот Шрёдингера современной медицины, тоже пока с трудом укладывается в моей голове. Но я дала себе обещание смотреть на вещи шире и перестать заряжать воду от телепередач с Еленой Малышевой (шутка).

Сорс: batenka.ru

Самое первое интервью

А, ну и сама лекция:

All candidates are fags

Так, что там у нас на повестке дня. Элекшинз! Слава демократии!

milonka

Целое лето на нас смотрели упитанные и якобы серьёзные лики власть предержащих с плакатов, видеороликов, буклетов и даже рекламных постов в инстаграме. Все чё-то обещают, каждый хвалит свои моральные какчества и призывает голосовать за себя. Рекламные агенства и типографии срывают неплохой куш и жаждут следующих предвыборных кампаний.

Как человек с твёрдой аполитичной позицией, я смотрел на это с обычной любознательностью: когда ты уверен в фатальности, ты ничем не ангажирован, все клоуны для тебя одинаково смешны. Поэтому картинки просто тщательно изучались через призму ничего не понимающего ребёнка и скепсис взрослого с критическим мышлением, а публикацию я сделал уже после выборов, чтобы это не выглядело пропагандой чего-либо.

Итак, вчера надо было идти голосовать. На выборы. То есть, надо выбирать. Среди кого? Все такие разные и привлекательные! Стоп. А чем эти дяди и тёти отличаются? Просто по памяти попробовал воспроизвести кого же я запомнил, вы и без картинок их узнаете.

  1. Тётя Оксана Дмитриева — запомнил потому что её плакаты появились раньше всех, ещё где-то зимой/ранней весной, и были довольно качественными, но везде с одной и той же фоткой. Выступает от некой партии РОСТ. Вторая серия плакатов выдала девиз сего общества: «РОСТ пенсий, зарплат, экономики». Крутяк. Беглый гугл по ФИО говорит, что в 1988 Матвиенко уволила из правительства сего доктора экономических наук за долги перед сирыми и убогими в размере 90 миллиардов. Ого, да человек точно знает толк в экономическом росте!
  2. Конечно же ЛДПР и её бессменный Жирик. Плакатов было много — от лаконичной аббревиатуры жёлтыми уродскими буквами на синем фоне, до семьи (?) этого бунтаря и рассказов о наследии Петербурга. Совершенно уродский дизайн прямиком из девяностых, будто всё верстали на печатной машинке. Ну, что тут ещё можно ожидать, я бы на создание видимости тоже много не тратился, с этим персонажем и так всё понятно. Были постеры со вторым адептом, ещё более уродские, где он якобы открывает нам окно в новый мир.
  3. Другой знакомый с детства клован с бородкой отображён на фоне другого мужика и маниакально-закатного оранжевого марева. Качество среднее между девяностыми и Дмитриевой: здоровенные квадратные буквы за что-то агитируют в двух словах, причём, настолько агрессивно, что от страха не запоминается. Кажется, это справедливая Россия.
  4. Главная борода среди петербургских депутатов отрастила к выборам настоящий лес на лице. milo eyeballsВидимо, рыжий серьёзно считает, что внешность попа помогает эффективнее бороться с блудницами и богохульниками. Качество печати среднее, ничем не примечательное, типичное для одной скромной партии с медведем на логотипе; лозунг сразу выдаёт весь его электорат: «Действовать в интересах людей». Его ведь любят за характерные действия и за такие слова! Ну вы поняли, 95% же в восторге.
  5. Ещё был красный коммунистический бородавочник, но полтора его плаката я не запомнил; какая-то библиотекарша-подруга Оксаны из РОСТа; аграрий с призывами поднять целину; обещатели найти деньги на метро («Я знаю, где найти деньги на строительство метро в Красносельском районе!») или переименовать мост Кадырова или дать всем щасте.

Для полноты картины пришлось полистать выдаваемые полуголодными промиками буклетики, откуда почерпнулся 0% полезной информации о том, кто где учился и работал, плюс очередные горы обещаний. Посовещавшись сам с собой, я так и не понял, чем все эти люди друг от друга отличаются. Выбирать же нужно как бы исходя из различий, а их просто нет: все где-то учились, все давно варятся в политике, на всех можно откопать весьма неприятные факты, а все их обещания равноценны в своей бесценности. Покопавшись в грязи интернета на тему биографий самых известных персонажей, ясности не прибавилось. Итак, никто из них не знаком мне больше соседа по вагону метро. Ну, то есть, лица-то и и имена их я видел и раньше, но я не экстрасенс, чтобы судить по этим данным, и не полный лох, чтобы верить пропаганде и одинаковым профессиональным обещаниям.

Как голосовать-то? Правда, мне очень хочется, чтобы мне было не наплевать, я бы с радостью проголосовал, однако самым грамотным решением на выборах было бы бросить кубик и рандомно отметить чью-то фамилию (что тоже морально непозволительно). Даже попытавшись найти информацию и сложить какое-то мнение, я не вижу какой-либо разницы. Выбирать по возрасту? По полу? По длине имени? По качеству печати? По пустым обещаниям? От противного? Ну, вычеркну я тех, кто мне совсем не нравится, и тогда останется пачка тех, кто мне ни нравится, ни не нравится. Ясно, что слишком многого хочется, но я бы не писал этот текст, если бы выбирать можно было по делам. В смысле, по реальным делам, а не цирковой деятельности и болтовне, так любой дурак умеет, давайте теперь все баллотироваться: «Обещаю всем качественную медицину за пять лет! Все голосуйте за меня! Честна, не подведу, все бюджетные деньги не пойдут мне в карман! Ура!». И вообще-то хотелось бы, чтобы голос имел значение, а не утопал в потоке чужих неосмысленных голосов.

А серьёзно, мне кажется, что нам сильно не хватает больших общественных организаций с открытым исходным кодом журналом всех их действий и не то чтобы властью, которая неизбежно развращает, а каким-то очевидным влиянием. Отличным примером является Диссернет — они чем-то напоминают Cochrane Collaboration: независимая организация, которая проверяет определённую область и открыто публикует проверки с описанием методов и источников. В субъективности не упрекнёшь, а вот влияния они не имеют, увы. Хорошо, что их хоть не запретили. Пока.

Дойдя до ближайшей школы в день выборов, еле преодолевая внутреннее противоречие, я узрел толпу пенсионеров, которые отлично ведутся на обещания и явно знают, за кого им хочется голосовать. Умножив своё непонимание алгоритма выбора любимого кандидата на значимость моего голоса против тысяч бабуль и дедуль, я развернулся. Кажется, ситуация неуникальна, ибо Петербург показал одну из самых низких явок (>30%), а по отзывам независимых наблюдателей примерно везде именно пенсионеры и определяли наше с вами будущее, голосуя в подавляющем большинстве случаев за одну партию, название которой слишком известно, чтобы его называть.

after elections

Правда, очень хочется влиять на своё будущее, но как-то возможность этого влияния не выглядит реальной.