Прав лев

Весь наблюдаемый мир для каждого из нас условно поделён на правую и левую половины, соответствующие нашим правым и левым частям тела. Эти понятия относительные, поскольку у каждого человека относительно своего тела есть и своё право и своё лево.

ой не туда право лево

Право и лево — совершенно уникальное и логичное явление, хотя можно предположить, что в этих терминах заключено глобальное человеческое взаимоуважение.

А если мы поставим двух людей друг напротив друга, то их миры окажутся прямо противоположными. Правая половина одного будет левой для другого. Тем не менее, когда мы говорим человеку посмотреть направо, мы подразумеваем именно его право, хотя почему бы и не считать по умолчанию своё право — пусть он интерполирует, а не я.

Но нет, сердце у человека слева, и когда вы смотрите на него, то оно всё равно слева, потому что оно в левой половине тела. Это справедливо для живых объектов и тех, где стороны заведомо определены, например, леворульная машина очевидно имеет единую левую сторону с любого ракурса для любого человека. А вот картина «смотри, там — справа на стене!» этого не удостоится: для всех она будет на правой части стены, даже если мы задумаемся о том, где бы она была с точки зрения стены.

Хотелось бы думать, что это филогенетически так сложилось, как пример встроенного уважения к собеседнику, которому передаётся информация уже заточенной под него, однако это не так. Все люди изначально — жлобы и свиньи, пока не удосужатся стать личностями, а в разобранном случае дело чисто в удобстве и логике.

Как бы вы объяснили инопланетянину, где лево, а где право?

Асоциальный плеер

Как раньше люди слушали музыку? Исключительно стационарно — во всяких филармониях, консерваториях, на представлениях. Такого рода музыка была высоким искусством, доступным знати. У низших сословий был фольклор (включая чисто музыкальный), представленный особенно на разных перфомансах, вроде ярмарок. В обоих случаях мелодии продолжали косвенно выполнять функцию сбора людей вместе; потом дорогой Эдисон подарил нам звукозапись, а Попов/Маркони — радио; к ним позднее присоединились всякие магнитные носители. Музыка всё ещё оставалась стационарной, но становилась всё более широкодоступной. С течением времени её самой становилось всё больше — прогресс не мог обойти это стороной, однако, в большинстве случаев за прослушиванием музыки по-прежнему можно было заметить больше одного человека.

 

 

А потом всё резко изменилось. Родился Тимати. Появились наушники и плееры. Появились аудиосистемы в автомобилях. Индивидуальные средства прослушивания — никому не мешаешь своим аудио, ни с кем не надо делиться им, полное отсутствие привязки к местности прилагается с хорошими батарейками. На пробежку с плеером, засыпаешь под музыку, жрёшь мороженое за рулём, да с музыкой. Великолепно! Не совсем очевидно, но отрицательные стороны в этом есть: начиная с банального предупреждения производителей оборудования о максимальной громкости (чтобы была возможность услышать сбивающую тебя машину и исключить судебные иски о снижении слуха, лол). Заканчивая тем, что любые забавные мелодии отнимают ресурсы мозга думающего человека.

Любому дураку понятно, что одни песни бодрят, другие расслабляют, а третьи можно ставить на будильник из-за их невыносимости. Но при длительном прослушивании любой музыки она снижает концентрацию внимания, мы как бы отключаем один из органов чувств. И, да, отстраняемся от мира сего — что особенно приятно, например, в метро. Если даже это не спровоцирует опасную ситуацию, то к человеку в наушниках меньше подходят люмпены за мелочью и продавцы за продажами. В свою очередь, такое отграничение порождает своеобразную асоциальность, ведь основная наша коммуникация — речь, приём и частично передачу которой мы выключаем.

Одинаково снижаются все случайные социальные контакты, как положительные, так и отрицательные; получается искусственная такая, форсированная социофобия, которая зачастую тесно переплетается с неуверенностью в себе. Это легко пронаблюдать — уверенность тем выше, чем выше ваш контроль над ситуацией, во многом определяющийся органами чувств. Выключите ли вы слух или завяжете глаза - контроль будет снижен в разы: глухонемые люди, когда напиваются, часто становятся крайне агрессивными, так как алкоголь «смывает» тот их рациональный барьер восприятия, без которого им кажется, что все вокруг имеют словесную претензию к ним. Другой интересный для рассмотрения вариант — «пацанчики» на машинах, из которых «валят басы». Понятно, что им-то не мешает загруженность мышления чем-то лишним, а громкие звуки, заполоняющие всю машину и пространство рядом, имеют цель обратить внимание и призыв «поделиться» этими сраными басами. Ведь ему так одиноко, и так мешает уверенно вести машину это говно из динамиков. Я так и вижу, как по ночам подобный персонаж плачет в хрустящую от соли из слёз подушку: «Почему? Господи, почему ни одна нормальная девушка не хочет сесть в мою классную громкую машину?!».

К чему всё это? К отказу от плеера? Да ни в коем случае. К подстрочному охлаждению пыла негодования от удаления аудиозаписей из ВК? Тем более нет. Хочется нескачиваемую музыку — идёшь и покупаешь. Всё просто: вы когда-нибудь задумывались — а есть ли минусы у постоянного прослушивания музыки? Да, чрезмерное нахождение наушников в ушах делает из тебя (вместе со всеми остальными миленькими пороками) неуверенного, безмолвного овоща. А в целом, плеер — вещь замечательная, надо обожать и любить; говорить о моветоне одинокого прослушивания затычек в компании или включать музыку через динамик телефона в общественном месте я не хочу. И без разницы, какую музыку вы слушаете.

Кто-нибудь доходчиво объяснит мне, что такое интеллектуальная музыка так, чтобы я не рассмеялся? С меня чашка чая/кружка кофе.